2 января 1978 года

Я сразу заметила перемену в его настроении. Юджин влетел в номер, как сумасшедший, дважды повернул ключ от входной двери, задернул шторы, потом заглянул в ванную, выключил там свет, плотно прикрыл за собой дверь и, схватив меня за плечи, усадил на диван в холле.

— Вэл, скажи, в Мытищах проводятся конкурсы красоты?

— Ага, — кивнула я. — Ежеквартально. В Доме культуры имени 17-летия Парижской коммуны. Победительница получает талон на килограмм яблочного повидла и две бутылки «Солнцедара». Подарочный набор.

— Скажи, а…

— Если ты решил устроить пресс-конференцию, сообщи хотя бы, чему она посвящена?

— Не чему, а кому!

— Кому же?

— Тебе, дорогая.

— Хочешь продолжить утренний спор?

— Нет, Вэл. Просто я кое-что придумал. Слушай внимательно: у нас есть две недели…

— Две недели на что?

— Если ты дашь мне договорить до конца, я все объясню без наводящих вопросов.

— Извини…

— Итак, в твоем молоткастом и серпастом советском паспорте появилась маленькая отметка. Такой малюсенький синий штемпель посольства, который дает тебе возможность официально прожить четырнадцать дней на территории Соединенных Штатов.

— С кем прожить?

— Со мной. Правда, это уже неофициально.

— Надеюсь, пока?

— Естественно.

— Такой вариант меня устраивает. Дальше.

— Как по-твоему, что сейчас происходит в советском посольстве?